Главная Марафон!
Glavred

Glavred

13.12.2017

Лещенко ведет двоих пищеносов в карцер. За этой картиной из окна наблюдает Сатановский и его сосед-читатель.

Читатель. И нахера тебе все это надо было?
Сатановский. Что именно?
Читатель. Иванчука на кичу сплавлять?
Сатановский. Издержки.
Читатель. А нахер ты с этой сходкой всех вклепал?
Сатановский. Ну во-первых, Феликс.
Читатель. А что Феликс? Что он тебе, сын родной, что ли?
Сатановский. Не умничай. Сын-не сын, а при нем нас не трогают, и это главное. Желал бы я посмотреть, как ты сейчас в руках вместо книжки с картинками лопату бы держал!
Читатель. Хм… А во-вторых?
Сатановский. А во-вторых они сейчас не меня там проклинают, а мусора Лещенко. Вывод?
Читатель. Какой?
Сатановский. Вроде книжки читаешь, а пользы как от козла молока.
Читатель. Не язви.
Сатановский. Дальше смотри. Чем больше пропасть между ними и мусорами, тем сильнее моя власть. Усекаешь?
Читатель. Силен ты во всей этой херне!
Сатановский. Это не я сильный, а они – слабаки белолобые!
Читатель. Тебе бы в зону с твоими понятиями, а ты в козлятнике прозябаешь!
Сатановский. Какой ты умный. А чего ж ты сам туда не поехал?
Читатель. А что я? Я, как ты выражаешься, белолобый в сравнении с тобой. Ты – прошаренный.
Сатановский. В том-то и дело, что слишком прошаренный.
Читатель. В смысле?
Сатановский. В коромысле. Я ж не один по делу проходил. Подельщик мой в зоне. А башку мне с тем же сотрудничеством со следствием, что и у тебя, тоже нехило заморочили! Обещали условку – поверил… Теперь мне на зону ехать – все равно, что сразу в гроб.

Открывается дверь. Входит один из зэков, принимавших участие в давешнем собрании.

Зэк. Михалыч, мусора совсем охерели. Женек с Витьком в карцере. Работать вообще некому!
Сатановский. На то они и мусора, Вован. Такова уж их сучья натура.
Зэк. Вот только – кто же нас вклепал-то?
Сатановский. А кто к Борисычу ближе всех сидит и только и делает с утра до ночи, что вынюхивает да высматривает?
Зэк. Лунтик? Да ну нахер?
Сатановский. Вот тебе и ну.
Зэк. Наказать суку надо.
Сатановский. У тебя курить есть?
Зэк. Не-а. А как наказать?
Сатановский. Курить купи.
Зэк. В смысле? А причем тут..?
Сатановский. Ты где работаешь?
Зэк. В лабазе.
Сатановский. Ну вот и отоварь пацанов сигаретами. А бабло спишешь с его счета. Бухгалтерша и глазом не моргнет! Сделай красиво! И обществу польза и кара для пидора!
Зэк. А пронюхает?
Сатановский. Как? У них там в бухгалтерии сроду такой кильдим, что и сами не разберутся!
Зэк. Бля, точно. Ну Михалыч, ты голова!
Сатановский. Только не базарь никому. Своим пацанам скажешь – в авторитете поднимешься. А мне пожелай здоровья, и будет.
Зэк. Дай те Бог, Михалыч.

Уходит.

Сатановский. Вот еще одно доказательство моих слов.
Читатель. И еще один потенциальный кандидат на кичу.
Сатановский. Не пуржи. Он пока не входит в мои планы.
Читатель. Пока…
Сатановский. Как знать – жизнь штука длинная… Пойдем покурим?

Комментариев нет
12.12.2017

Какая-то грустно-тоскливая погода стояла на улице, солнышко не хотело радовать своим теплом и ярким светом. Но, несмотря на это, настроение было классное. Я хотела побыстрее вырулить на Невский и не встрять в пробки, которые могли образоваться где и когда угодно!
Оглядевшись вокруг, я минуты три пыталась понять, где же такси; потом, наконец, увидела своего таксиста и пошла к машине. Когда я залезла внутрь, то водитель был напряжённо-злой, и вместо приветливого «Здравствуйте» или чего-то подобного я услышала разъярённого ворчуна, который начал меня отчитывать.
— Почему так долго? Почему это я должен вас ждать? Вы обязаны были сесть ко мне в машину десять минут назад! — на повышенных тонах произнёс таксист.
— Что? Мне десять минут назад только сказали, что машина подана! Не могла же я вылететь пулей! — почему-то я перед ним ещё и оправдывалась?
— Мне плевать, что вам сказали! Из-за вас я потерял кучу времени, а значит, вы мне заплатите на 200 рублей больше!
— Что? Какого это фига?! Не собираюсь я вам больше платить! Я звоню оператору! Вы — хам! Как вы позволяете себе так со мной разговаривать?! Я — заказчик! — он меня злил!
— Никому это вы звонить не посмеете! — он резко развернулся назад, так как сидел на водительском кресле, а я на заднем, и с силой схватил меня за руку.
— Больно! — закричала я. — Что вы делаете?!
Только он ко мне повернулся, и я заметила, что под его кожей светятся какие-то ниточки — как тонкая сосудистая сеточка, но она светилась, будто была пропитана ультрафиолетом и предварительно заряжена на свету. Похожие я видела у женщины в маршрутке, только у неё они были не столь ярко выражены, их было видно только при определённом угле зрения.
Также на его руках и теле были большие коричневые бородавки и язвы. Фу… они были очень мерзкие, а их обладатель держал меня за руку! А вдруг это заразно? Мало того, что они были большие и мерзкие, так некоторые ещё и нарывали гноем. В общем, тошнотворное зрелище. Я попыталась выдернуть руку, но он очень сильно меня держал.
— Отпустите меня! — я старалась не смотреть на него и выкинуть из головы мысль, что это симптомы заразной болезни. И я вообще не знала, что это за болезнь такая. — Вы мне делаете больно! — У меня начиналась паника — мало ли, он больной совсем!
— Мне тоже больно! А ты с этим не можешь ничего сделать! И никто не может! — орал он.
— Я хочу выйти! Отпустите! — я дёргала руку, чтобы вырваться из его мёртвой хватки. Вдобавок, он был очень холодным — мертвецки холодным, из него как будто выкачали всё тепло. И выглядел устрашающе…
— Я тебя не выпущу! Теперь ты поедешь со мной! Я боюсь оставаться один! Я не хочу умирать!
«Не хочу умирать» — это был кошмар. Мне казалось, что он сумасшедший. И непонятно было, что он может сделать дальше. Я сделала захват и ударила его по руке, которой он в меня вцепился. Он закричал и ослабил хватку. Я смогла вырваться, открыла дверь машины и пустилась наутёк. Сзади раздавались крики от боли, вперемежку с криками — мольбой о помощи. Он всё кричал, что ему больно и он боится остаться один.
Я бежала очень быстро. Я летела, просто-таки не оглядываясь, вперёд. Я опять нереально сильно испугалась. Сколько могут продолжаться эти погони?! Мне уже изрядно это надоело.

Комментариев нет
11.12.2017

Прыг да скок — в траве скакали,
В прятки зайчики играли.
Разбежались кто куда, —
Не отыщешь и следа!

Потерялся шалунишка —
Самый маленький зайчишка,
Притаился под кустом,
Не шевелит и хвостом!

Там сидел наш зайка тихо,
Но на счастье мать-зайчиха
Малых деток понемногу
Приучала есть осоку.

Вдруг глядит — чужой зайчонка,
Не оставила ребёнка:
— Кто тут серенький сидит?
Притаился и молчит?

Тут же зайку накормила
И до дома проводила:
— Не теряйся больше, зайка!
И скорее подрастай-ка!

Комментариев нет
10.12.2017

Это был один из многих пасмурных вечеров начала весны. Когда снег почти растаял, но льет не переставая дождь, и на улице тоскливо и сыро. Гулять невозможно, и вынужден сидеть дома. Даша маялась в четырех стенах. Уроки она сделала, книжку дочитала, а новую еще не взяла в библиотеке. Уже успела убрать свою комнату, покормить волнистого белого попугайчика Жака, порисовать, поболтать по телефону с подругами, посмотреть телевизор. Скучно! Даше двенадцать лет. Совсем недавно исполнилось, в марте. Обычная девочка со светлыми длинными косичками и васильковыми глазами. Училась Даша хорошо, помогала маме, и все ее друзья знали, что на Дашу можно положиться. Но помимо этого, Даша любила петь и мечтать. Иногда мама звала ее, а та не отзывалась, мама смотрела на нее и видела, что дочка куда-то улетала. Даша всегда говорила, что она фантазирует, и в ее голове сейчас происходит целая история. А еще нравилось Даше собирать разноцветные камни. Она распихивала их по карманам. И дома у нее, на полочке, уже образовалась внушительная коллекция. Маясь от безделья, Даша решила, что ей стоит пойти к дедушке. Дедушку она очень любила. Он был невероятным человеком, каких редко встретишь. Во-первых, он был очень умным, преподавал историю в университете. Его любили студенты и ценили коллеги. На его лекциях было безумно интересно. За свою жизнь он много где побывал и много что видел. Он любил читать, и это передалось Даше, и все время чему-то учился. Во-вторых, он был добрым. Это, пожалуй, важное качество для внучки. Он всегда старался помогать людям. Был очень активным, даже на пенсии. У него была масса увлечений. Он мастерил что-то или коллекционировал, или читал и изучал. Ни одного дня не было прожито просто так. Вот и сейчас, когда Даша вошла к дедушке в гараж, в его самодельную мастерскую, он сосредоточенно склонился с лупой над своим столом.
— Привет, деда! Как дела? Не отвлекаю?
— О, привет, внучка. Все отлично, — дедушка засуетился, пытаясь второпях прикрыть что-то.
— Ээээ, что это там у тебя? — Даша поспешила к загадке.
— Ну, пока… не время, — уклончиво ответил дедушка. — Давай покажу тебе, какие интересные часы я недавно приобрел на блошином рынке. — Он явно старался отвлечь ее внимание. — Смотри, они такие старые, и меня убеждали, что они не будут ходить, но я уверен, что если все наладить, то они еще и нас переживут. Даша, ты меня слушаешь?
Но Даша была поглощена любопытством. Ее, как магнитом, тянуло узнать, что же там прячет дедушка, она страсть как любила ребусы.
— Дедуля, пожалуйста, покажи, что ты там от меня скрываешь! Ты же знаешь, что я не усну, если не выясню.
— Понимаешь, я еще не доделал. Не хватает последних деталей. Никак не могу подобрать…
— А давай вместе? — с энтузиазмом предложила Даша.
— Даже не знаю… — засомневался дедушка.
Недолго думая, Даша подошла и сдернула ткань. Под ней оказалось зеркало в раме.
— Ох, какая красота! — восхитилась Даша. — Это ты сделал?
— Нет, не я. Я купил его. Оно было в ужасном состоянии, — дедушка провел рукой по раме. — Сейчас оно все еще требует доработки, поэтому я и не хотел показывать.
— А мне нравится и так. Недоделанное…
Зеркало было среднего размера, так что можно было увидеть в нем отражение как портрет. Немного потертое и слегка блеклое. Сразу было ясно, что в те времена, когда его делали, или еще не было таких технологий, как сейчас, или оно было такое старое, что испортилось.
— Деда, а оно насколько старое?
— Не представляю. Не ходил с ним к оценщику.
— Какая красивая рама! Такие интересные камушки.
— Я знал, что тебе понравится, — заулыбался дедушка. — Видишь, здесь кое-какие потеряны?
— Да, вижу. Даша с интересом изучала раму.
На деревянной раме, в которую было вставлено зеркало, были углубления для камней и минералов: зеленый и гладкий малахит, прозрачный горный хрусталь, розовый кварц, дымчатый лунный камень, тигровый глаз, синий содалит, красная яшма, снежный обсидиан, вулканическая лава, но больше всего было перламутрового жемчуга. А тонкая огранка из разных металлов витиевато опоясывала их.
— Дедушка, можно я его к себе возьму?
— Даша, да оно еще не готово! — заволновался дедушка.
— Я не закончил подбирать камни.
— Дедуля! Ну пожалуйста! Мне все равно!
— Даже не знаю… ну, может, так и лучше, хорошо, забирай! — дедушка наконец-то согласился.
Они перенесли его в Дашину комнату и повесили на стену. Зеркало так вдохновило ее, что остаток вечера Даша провела, разглядывая и перебирая уже свои камни, периодически прикладывая их к раме, как будто примеряя, а вдруг какой-то подойдет. Но ее камни были необработанными, в отличие от тех, что украшали раму. Больше всего она любила сиреневый аметист. Она взяла его в руку и покрутила перед лампой. Его острые вершинки напоминали сталагмиты. Она провела по ним пальчиками. Как каменная соль. И как природа делает такую красоту? Положив все камни на место, кроме аметиста, Даша легла спать. Аметист она положила под подушку, мечтая о сиреневых снах. В комнату вошла Дашина мама.
— Дашуля, как прошел твой день? Я скучала по тебе. Столько дел сегодня было, — посетовала она.
Дашина мама была добрым человеком. Даша ее очень любила. Раньше, когда она была маленькой, мама ей каждый вечер перед сном читала книжку на ночь или пела песню.
— Скучно, мам. Скорей бы кончился этот дождь. Гулять хочется…
— Согласна… Скоро обещают потепление и солнышко. С удовольствием покатаемся на великах, как тебе?
— Отлично! — повеселела Даша. — Мам, останься, не уходи пока, побудь со мной.
— Да, конечно. Подвинься, я с тобой прилягу.
Мама устроилась рядом с дочкой, из-под головы она вытащила что-то мягкое; это оказалась игрушка.
— О, это Филипп? Он до сих пор с тобой?
— Мам, оставь его! — Даша взяла под правый бок плюшевую лошадку. — У кого-то медвежонок, а у меня Филипп.
— Ему уже лет десять?
— Ага!
— Давай я его простирну, а то уже столько лет пыль собирает, — мама положила Филиппа около зеркала, чтобы потом захватить с собой. —
Шикарное зеркало, кстати, — мимоходом оценила она. — Достойное королевы.
— Это точно! — заулыбалась Даша. Некоторое время они лежали рядом, наслаждаясь ни с чем несравнимой духовной близостью мамы и ее ребенка.
— Хочешь, спою тебе? — вдруг спросила мама.
— Мам, я уже большая, — тихо засмеялась Даша.
— Ну и что? А мне хочется. Можешь не подпевать. Я просто попою чуток. Ну, знаешь, чтобы сон нагнать. Исключительно только себе, ты же уже большая.
— Ну ладно… — согласилась Даша.
Ей нравилось, когда мама пела ей колыбельную. Чувство защищенности и покоя всегда охватывали ее душу.
Спи, дитя мое, усни,
Сладкий сон к себе мани,
В няньки я тебе взяла
Ветер, солнце и орла.
Улетел орел домой,
Солнце скрылось под водой,
Ветер после трех ночей
Мчится к матери своей.
Ветра спрашивает мать:
«Где изволил пропадать?
Али звезды воевал,
Али волны все гонял».
«Не гонял я волн морских,
Звезд не трогал золотых.
Я дитя оберегал,
Колыбелечку качал».
Спи, дитя мое, усни,
Сладкий сон к себе мани,
В няньки я тебе взяла
Ветер, солнце и орла.
— Спасибо, — сказала Даша.
— Я люблю тебя, мое солнышко, — мама поцеловала Дашу. — Спокойной ночи.
— И я тебя люблю. Сладких снов.
Ночью Даша проснулась от жары. Ее подушка была горячей, как будто она спала на батарее. Подняв ее, чтобы перевернуть, Даша увидела аметист. Он весь переливался! И дотронувшись до него, Даша поняла, что он очень теплый.
— Что за ерунда?
Взяв в руку камень, Даша решила открыть окно, чтобы проветрить комнату. Но проходя мимо зеркала, она остановилась как вкопанная. Она не видела своего изображения. Зеркало все запотело. С бьющимся сердцем Даша протянула к нему руку, чтобы протереть. И тут случилось неожиданное: какая-то невиданная сила стала затаскивать девочку в зеркало. В безмолвном ужасе, который сковал ее горло, Даша пыталась ухватиться хоть за что-то, но ничего вокруг не было, кроме плюшевого пони, забытого мамой. Хлоп! И ее втянуло внутрь…

https://www.instagram.com/irenwriter/

Комментариев нет
08.12.2017

Время нещадно бежало вперёд, и мы поспешили в секретную комнату под номером 83. Если бы я была здесь одна, то, наверное, сошла бы с ума. Сама атмосфера замка внушала благоговейный трепет и страх. Наконец, мы вошли в нужное нам помещение. Казалось, что здесь как-то особенно: особенный воздух, особенное окружение, особенные тени, падающие в сиянии лунного света. Очень загадочно и невероятно красиво! Я волновалась, волновалась перед встречей с НИМ — сердце бешено стучало, а ладошки стали мокрыми и холодными, точно кровь перестала циркулировать по венам.
— Рая, держи мекноцерос наготове. Тебе не нужно будет вводить копьё в свою руку, Влад собрал нужное количество твоей крови, пока снимал тесы. Однако теперь мы с линсарком будем проводить обряд. Владимир останется с тобой и проконтролирует всё, что происходит во время хаймэна. Он проследит, в какое измерение ты перенесёшься.
И, конечно, поможет сделать всё необходимое. Главное — ничего не бойся и слушай его, хорошо? Меня радовало, что Влад будет рядом. Также меня радовало, что не нужно будет снова истекать кровью. Алекс посмотрел на часы, крикнул: «Пора!», кивнул Владу и взлетел вверх к самому потолку. Мой блондин достал склянку с красной жидкостью — видимо, это была собранная кровь — и откупорил её, вылив несколько капель себе на ладонь.
Затем он резко задрал мою кофту.
— Эй, что ты делаешь?! — выпалила я, опуская кофту вниз.
Сегодня меня уже пытался раздеть тёмный альв, и сейчас я этого не хочу, даже если меня желает обнажить Влад.
— Успокойся, красотка. Доверься мне. Мне нужно намазать твоей кровью область на животе.
— Зачем это извращение?! Я не хочу!
— Либо делай так, как я скажу, либо я воткну мекноцерос тебе в живот и получу то, что мне необходимо. Ясно? Думаю, что лучше обойтись без этого, не так ли?
Перспектива того, что мой любимый вспорет мой живот, была совсем не соблазнительна, поэтому я решила не спорить и покорно подняла кофточку.
— Так-то лучше, — произнёс Влад, нанося красную жидкость по кругу чуть выше пупка. — Ты, наверное, ещё не до конца поняла, как проходят хаймэны. Я объясню, но позже. Когда мы закончим начатое дело.
После того как он помазал меня кровью, Влад проделал то же самое и с собой, а затем внушил, чтобы я достала своё копьё и коснулась остриём кровавой точки над пупком.
Не знаю, зачем это было нужно, но я делала так, как он говорил. Мекноцерос загорелся жёлто-золотым цветом, освещая всё помещение. Алекс начал произносить заговор на альвийском, и тут в комнате появился ещё кто-то. Я его не видела, но остро ощущала присутствие. Это был хозяин замка.
Мои ладошки потеплели, всё вдруг стало таким знакомым и родным. Возникло ощущение, что я была здесь раньше, что тот, кто пришёл, — очень близкий мне дух. Всё закружилось вокруг. Влад держал меня за руку, но всё вертелось в вихре каких-то событий, мелькающих, точно картинки. Я не понимала, что происходит. Жёлтый свет стал ярче, он бил сильным потоком. Все звуки сливались в один, так что ничего не удавалось разобрать. Если я действительно чувствовала вкус слов, произносимых Алексом, скажу, что было очень остро. Внутри всё выжигало, словно я съела острый перец «чили», и почему-то запахло мелиссой. Мой взор помутнел, всё было точно в тумане, проносились исторические кадры, один за другим, похожие на диафильм. Затем впереди резко всплыла тень. Меня обуял страх. Вспышка, рычание, стоп.

Комментариев нет
07.12.2017

Когда мы говорим про имя-бренд, мы прежде всего вспоминаем кого-то известного. Стив Джобс, Стивен Спилберг, Билл Гейтс, Коко Шанель, Дэвид Бэкхем – эти имена прочно ассоциируются с конкретной тематикой. Но чтобы стать брендом, не обязательно изобретать новый iPhone, придумывать Windows, снимать «Челюсти» или забивать «Реалу» на последних минутах. Личный бренд – это то, что выделяет человека на общем фоне и дает ему определенные конкурентные преимущества.
Способность выделиться на фоне конкурента требуется всем. Подростки в школе соперничают за внимание красивых одноклассниц. Выпускники институтов заваливают потенциальных работодателей резюме. Компании участвуют в тендере, соревнуясь за выгодный контракт. Старушки у метро наперебой предлагают купить цветочки или продукцию собственного огорода. Даже попрошайки проявляют чудеса креатива и изобретательности в борьбе за копеечку.
У каждого человека разная необходимость в создании личного бренда. Наличие собственной репутации требуется владельцам собственного бизнеса, руководителям компаний, разнообразным экспертам, фрилансерам и профессионалам, стремящимся получить наиболее выгодное предложение на рынке услуг. Личный бренд нужен везде, где есть серьезная разница в оплате труда, и везде, где присутствует высокая конкуренция. Например, в книжном бизнесе.
Книжная индустрия – отличный пример того, как работают личные бренды. Имя писателя воспринимается как своеобразный знак качества, как торговая марка. В магазине покупатели спрашивают новые книги Стивена Кинга, Джорджа Мартина, Джоан Роулинг и Сергея Тармашева. Им не важно, о чем это конкретная книга. Важно, кто автор. Если читатели уверены в писателе, они знают, что о чем бы он ни писал, он сделает это качественно, умело и со знанием дела. В противном случае Стивен Кинг все еще писал бы ужастики, Роулинг осталась бы автором детской литературы, а Джордж Мартин никогда бы не рискнул попробовать себя в жанре фэнтези.
Но как заставить имя работать на себя? Как заинтересовать собой читателей или издателей, если за твоей спиной нет десятков миллионов проданных книг?
Нужно уметь подавать или, если можно так выразиться, продавать себя. В литературном мире личность автора становится таким же товаром, как, например, мобильный телефон или автомобиль. Просто специфика разная. И, как и любому товару, авторскому бренду нужна реклама, нужна раскрутка, нужна грамотная подача и поиск нужной аудитории. Можно быть выдающимся экспертом, на голову превосходить всех конкурентов или писать душераздирающие тексты, но навыки, таланты и умения ничего не стоят, если эта информация не доходит до целевой аудитории.
Эксперты шутят, что только тридцать процентов успешного формирования бренда зависит от качества и профессионализма, остальные семьдесят процентов целиком определяются умением правильно себя «презентовать».
Если вы еще ни разу не публиковались в издательстве и отправляете свою (очередную) рукопись на рассмотрение, не пишите, что вы автор уже тридцати романов. Ибо если тридцать ваших книг не завоевали читательского признания и уже ушли в стол или в корзину, стоит ли хвастаться их количеством? Шансы на то, что тридцать первую книгу ждет схожая судьба, весьма велики. Если же ваши книги принесли вам популярность, можно не утруждать себя их перечислением. Имена популярных авторов на слуху, а в случае чего получить всю нужную информацию из Сети сегодня можно за несколько минут.
Но даже если вы пробились в издательство и вашу рукопись приняли к публикации, ваша работа только начинается. Это раньше от автора требовалось регулярно писать новые книги – и больше ничего. Сейчас же нужно приложить все свои усилия к продаже предыдущей и принять непосредственное участие в раскрутке собственного имени. Нужно постоянно напоминать о себе читателям, поддерживать собственный сайт, вести странички в социальных сетях, общаться с читателями онлайн и офлайн, участвовать в презентациях, выставках, форумах и мастер-классах, ходить на радио и телевидение, давать интервью, ездить в промотуры… – ах да, желательно при этом еще и успевать писать.
Алексей Ионов — бренд-менеджер редакции «Жанры» (издательство «АСТ»)

Комментариев нет
28.11.2017

— Кто здесь?! — тихо прошептала я.
Естественно, ответом мне было молчание. Внезапно я заметила, что дверь, ведущая в царскую комнату, слегка скрипнула, приоткрывшись. Я застыла. Казалось, что даже перестала дышать… В комнату попадал лунный свет, поэтому я смогла различить некую тень, просочившуюся внутрь. Страх резко пробрался под кожу. Мне снова требовалась помощь, и вновь никого поблизости не было. Плохо дело. Вряд ли я останусь незамеченной, находясь здесь. Хотя можно было попробовать замереть и притвориться статуей. Это могло сработать.
Тёмный силуэт двигался медленно, изучая каждый угол царственной комнаты. Сгусток тьмы перемещался всё ближе и ближе ко мне. И вот… он практически поравнялся со мной. Стояла мёртвая тишина, и мне казалось, что звуком, который выдавал моё присутствие, был стук сердца, оно билось слишком быстро и слишком громко, но это существо ничего не слышало. И, возможно, всё бы прошло удачно, если бы тень не наткнулась на мою сумочку, валяющуюся на полу прямо под моими ногами.
Силуэт застыл. Подобие его головы, точнее место, где она должна была располагаться, медленно повернулось в мою сторону. Он меня заметил. Проклятье! Теперь я была обречена, и прятаться было уже бессмысленно. Так мы глядели друг на друга какие-то мгновения. Затем существо издало звук, напоминающий низкочастотный скрежещущий гул, отчего вся кожа покрылась мурашками. Эффект был очень неприятный — словно вилкой проводят по тарелке, только звук был глухой и такой силы, что вызвал у меня носовое кровотечение.
— Я заметил тебя, — раздалось у меня в голове, — Я чую твой страх и твою кровь.
Существо не имело глаз, но эта данность не помешала ему меня увидеть.
— Каким образом ты хочешь попрощаться со своей жизнью? Сильно мучаясь или неимоверно страдая?
Его гогот напоминал шелест крыльев летучих мышей.
Оно не имело рта. Его слова звучали прямо во мне.
Я была против любого из предложенных вариантов убиения.
Я себя ненавидела. Ненавидела за то, что решила проверить свои способности именно сейчас, когда не имела на себе тес Влада, и он не мог меня найти. Что я за овца такая тупоголовая?! У меня не было никакого плана спасения, но мне необходимо было каким-то образом себя спасти. Вот незадача!
— Может быть, не стоит меня так быстро убивать? Я — важная персона, которая может быть тебе полезна.
— Неужели? — протянула тень, скрепя своими словами на извилинах моего мозга.
— Тебя интересуют энергетические кванты? Я могу дать их тебе очень много, если ты нуждаешься в этом, — выдавила я из себя срывающимся голосом.
В моей голове зазвучала его заинтересованность, но это было жутко. Я не знаю, как объяснить, но оно не только разговаривало, просто передавая сигналы в мой мозг. Я могла чувствовать то, о чём оно думает. И мысли его были садистски-смертоносные. Оно хотело издеваться надо мной. Оно полагало, что моё тело способно выработать энергетические кванты пропорционально выработке боли. Я не понимала до конца, какой изощрённый способ пытки оно собиралось выбрать, чтобы получить то, в чём нуждалось, но это меня пугало до мозга костей. Теперь необходимо было, чтобы этот тёмный силуэт меня снял, так как внизу был мой мекноцерос, а значит возможность моего спасения. Облизнув губы и молясь, чтобы это сработало, я произнесла:
— Сними меня отсюда, и тебе будет легче надо мной издеваться.
— Пожалуй, ты права.

Комментариев нет
27.11.2017

ВЕЛИКИЙ РЕВАНШ БОТАНИКОВ

Железный занавес разделил человечество.

По одну сторону оказались умники, по другую все остальные.

Веками детство ботаника было тяжким испытанием. В школах и дворах торжествовало звериное право силы. Физической. Королями детского мира становились крепкие неучи. Они приходили в школу, чтобы покурить в туалете, выбить из кармана малышей и ботаников материнские копейки или поездить верхом на безобидных отличниках.

А однажды все изменилось.

Пришли умные машины. Тогда-то и настало время ботаников.

Большинство людей на земле остались не у дел. Машины взяли на себя всю рутинную работу. А к иной деятельности широкие массы оказались не приспособлены. Неприкаянный народ потянулся в отведенные правительством зоны. Там всем жителям начислялось мизерное пособие. Можно было подрабатывать, если удавалось найти, чем.

Ботаники, получившие власть над миром, считали, что неплохо все устроили.

Март сказал Борису-Рэмбо, отвечавшему за охрану при посещении зоны, что они пойдут пешком.

— Плохая идея: гулять по социальному кварталу, — ответил Борис.

— Не бывает плохих идей.

— Ну, как знаешь, — тот пожал плечами и вызвал боевых дронов.

Социальный квартал был обнесен двадцатиметровой стеной – в целях безопасности. Специальные технологии делали «занавес» невидимым на расстоянии дальше пятнадцати метров. Правительство не хотело, чтобы стена портила пейзаж. Местами она была прозрачной, а местами создавала идиллические виды, вписанные в общую картину местности.

Открывалась она только тем, кто подходил близко.

Марта всегда впечатлял момент подхода к стене: когда равнина с зеленым лугом и стройными рядами коттеджей вдали вдруг словно растворялась в воздухе. А на землю обрушивалась стена.

Иногда Марту даже казалось, что он слышал металлический скрежет, с которым опускался железный занавес.

Они остановились перед воротами. Март поднял голову и посмотрел на стену снизу вверх. В это время охранная система просканировала визитеров и ворота с тревожным лязгом (чистейший пронзительный звук — еще одна специальная опция) открылись.

Комментариев нет
26.11.2017

Настя и Катя встретились случайно – бывшая сотрудница судебной системы возвращалась домой после трудовой смены на вновь приобретенном рабочем месте. Возвращалась и думала:
«Вот же перемены в судьбе! Раньше, бывало, идешь из суда – еле ноги волочишь, всю жизнь проклинаешь, труд тяжелый и неблагодарный, а теперь – то ли дело… Смену оттрубила, а жить хочется, хоть сверхурочно оставайся!»
Из-за угла показалась знакомая ей фигура – Мойша сегодня решил задержаться на работе, и Катя возвращалась домой одна.
-Ба! Катюха! Ты ли это?!
-Настька? Привет!
-Привет. Ты как здесь?
-Я же живу здесь, ты что, не помнишь?
-А я уж и забыла, — расхохоталась Настена. – С такой работой все из головы вылетает! Слушай, да чего тут тусоваться, в ногах правды нет, пойдем в кафе…
-Ты знаешь, я спешу… — вяло начала отнекиваться Катя, порядком уставшая после работы, в отличие от подруги, но та была непреклонна. Спустя полчаса они уже сидели в местной забегаловке и тянули виски с колой.
-Сто лет тут не была, — говорила Катя.
-Неудивительно – с твоей-то работой.
-И с моей-то зарплатой.
-Давно тебе говорю, приходи к нам. Уж полгорода у нас работает – и никто не жалуется, все довольные как слоны.
-Как слонихи…
-Что? – музыка немного заглушала речь девушек.
-Ничего. Ты-то как? Как здоровье?
-Как у космонавта! А чего мне? С утра до ночи, 24/7 белковая диета. Во! Одно здоровье! Да и платят нам очень достойно!
-Знаю, только…
-Что?
-Ты слышала что-нибудь о ситуации с болезнями в доме досуга?
-Да, заведующая что-то такое говорила.
-Знаешь, что у тебя сифилис подозревают?
-Да? И что? От него же не умирают теперь. Когда совсем прижмет, пойду, пару уколов сделаю – и опять к станку.
-А люди как же?
-А что им сделается? Дорогу в больницу, я чай, все знают. А за удовольствие иногда приходится платить, причем не только деньгами…
Катя смотрела на подругу и не верила своим ушам – зная о наличии заболевания у себя самой и о том, что она, по сути, представляет опасность для окружающих, она говорила об этом так, будто речь идет об обыкновенной простуде, причем, среди тараканов.
-А своему дураку скажи, — продолжала меж тем Настя, — чтобы завязывал со своими походами, а то неровен час… Ну что он там о себе думает? Что из-за его дурости закроют дом досуга? Это ведь источник финансирования городского бюджета, причем, не самый последний. Его значимость для города колоссальная! Пойми, никому не интересно, кто там чем заразился – это личное дело каждого. А в нашей стране, как ты знаешь, общественное всегда выше личного. Потому мы и живем лучше, чем гниющие капиталисты. И тут вдруг все всё бросят и кинутся закрывать доходные, «рыбные» места!
-Боже мой, какую околесицу ты несешь…
-Определить, околесица это или нет можно так. Если основная масса населения это одобряет и поддерживает, значит, это не околесица, а очень даже разумные и здравые суждения. Выйди на улицу, спроси. 101% думает так же, как я. С тех пор, как дом досуга открыли – все изменилось в лучшую сторону. Мужья довольны, жены тоже – никто никому голову не кружит. Деньги целее, чем, когда они их на индивидуалок тратили да на бухло. Подростки счастливы и бюджет, повторяю, лопается от профицита. А мимо вас двоих счастье стороной прошло, вот вы теперь и злобствуете. Расслабься, подруга. Все еще может быть хорошо. Меняйся сама – и весь мир будет у твоих ног!
Катя улыбнулась.
-Ну, Настюха, ты прям как на трибуне…
-А ты как думала? Я в последнее время с экранов телевизоров уж не вылезаю, вот поневоле насобачилась! Так что давай – за нас, за вас и за спецназ! Кстати, заходил тут на днях один спецназовец, так такое со мной вытворял, мать честная! Сейчас расскажу, на слюну изойдешь от зависти…

Комментариев нет
22.11.2017

Уже на подходе к условленному месту со стороны Большого Каменного Моста я заметил в парке большое количество народа. Пересекая сквер в направлении памятника художнику Репину, где мы договорились встретиться с Вэлом, Сашей и Правым, я оглядывался по сторонам и оценивал обстановку. На первых порах мной даже овладела легкая ностальгия, вызвав в памяти картины многочисленных субкультурных тусовок на Пушкинской площади с десяток лет назад. Лавочки вдоль дорожек были оккупированы компаниями распивающей алкогольные напитки молодежи (пока шел к месту встречи, я насчитал шесть или семь достаточно больших групп, человек по пятнадцать-двадцать каждая), реже на глаза попадались мамы с маленькими детьми или пожилые люди. Сразу из нескольких участков парка слышался звук игры на акустической гитаре и поющих под неё голосов разной степени трезвости и попадания в ноты. Также периодически то тут, то там можно было видеть людей, изображающих схватку на мечах в стилизованной под средневековье одежде, так называемых ролевиков, и даже пару факиров, развлекающих публику выдуванием из себя полутораметровой огненной струи. Насколько это было безопасно – вопрос сомнительный.
В общем, жизнь в сквере в этот солнечный августовский вечер пятницы оживленно бурлила, агрессивно настроенных персонажей пока заметно не было (возможно, для этого ещё было рановато), а общая атмосфера не предвещала ничего плохого. Саша и Вэл встретили меня прямо под памятником. Они стояли чуть в стороне от группы крепких парней в одинаковых свитерах с логотипом движения, к которому относил себя Правый. Через пару мгновений я узнал и его самого среди этой компании.
– Не нравится мне вся эта тема, честно говоря, – скептически высказался Вэл, затягиваясь вэйпом.
– Что именно? – спросил я.
– Да сама форма подачи: ходят здоровые быки толпой и порядки свои наводят. Ну че за херня? Ещё и позиционируют это всё как бескорыстную борьбу за здоровье нации.
– А это что, не так? – вставила Саша.
– Нет, конечно, – низким голосом ответил парень, выдыхая плотное облако, – есть инфа, что они гранты на свою борьбу получают. И не маленькие…
– Ну а что плохого, – не понял я. – Окей, платят им за это, но деятельность-то общественно полезная, по идее… Не?
– Ага, – сказала моя двоюродная сестра, – ты их видосы смотрел? Прям вот столько пользы для общества несут… Добро и любовь в чистом виде…
– Отсюда – не смотрел… Видел только снятые у вокзалов и торговых центров…
– Сейчас увидишь, – подбодрил меня Вэл и добавил: – на Болотке очень весело обычно.
Мы с Сашкой, в общем, ради этого и пришли – вживую весь экшн увидеть, не через камеру.
Я решил подойти поближе к участникам общественного движения и послушать, о чем они договаривались. Судя по громкости голоса главного организатора рейда – невысокого коренастого парня с бородой (на вид я бы дал ему лет двадцать), говорившего достаточно отрывисто и четко, информация не была секретом. Как оказалось, парень объяснял своим соратникам основные правила рейда. Главный посыл заключался в том, что активисты не должны были первыми начинать агрессивные действия и могли только отвечать на таковые, причем исключительно симметрично: если вдруг случалось такое, что кто-то ударил одного из парней, ударить в ответ имел право только сам потерпевший. Но лучше, по словам организатора, было избегать всяческого насилия и исключительно вежливо просить людей не распивать алкоголь и немедленно его утилизировать. Стоявшие вокруг лидера полукругом участники рейда молча слушали и кивали головой. Внешне (и телосложением, и коротко стриженными прическами) вся компания напоминала группировку футбольных фанатов, готовых начать «силовую акцию» против болельщиков другого клуба. Через несколько минут вводного инструктажа парни всей группой в пятнадцать человек двинулись вглубь парка. Рейд начался.

Комментариев нет