Главная Марафон!
13.01.2017Glavred

В метро было некомфортно и многолюдно. Несмотря на начало весны, почти все носили зимнюю одежду. От этого в вагонах стало тесно и невероятно душно. Поезд остановился, и я зашел в вагон. По-моему, в третий или четвертый по счету. Человек слева читал газету: там писали про бомбежку в Сирии. Женщина справа рассматривала в журнале фотохронику с Донбасса. Напротив меня стоял маленький толстый человек с лысой головой и большими острыми ушами. Казалось, что у него совсем нет шеи: голова как будто врастала в плечи, не оставляя и малейшего места для изгиба. На голове у человека была надета шапка в виде колпачка, а в странных ушах торчали наушники. Их провода напоминали веревки, переплетенные друг с другом. Человек стоял неподвижно, смотрел вперед, в сторону дверей, молчал и просто слушал плеер. Происходящее в вагоне его мало интересовало.
«Хоть кто-то эту жуть не читает и не слушает. Просто наслаждается музыкой. Отдыхает, — подумал я и порадовался за него, — Хоть кто-то сохранит свои нервы».
Начинающийся экономический кризис, войны и вся та мерзость, которая каждый день изливалась на нас из телевизора, делали свое дело: люди становились запуганными, агрессивными, а часто и вовсе неадекватными. Иногда я чувствовал себя небезопасно. Сам я телевизор уже не включал. Мне казалось, что самое правильное – держаться от всего этого подальше. Заниматься чем угодно, но не этим. Уйти от негатива, Сбежать. И вернуться в этот мир, когда закончатся кошмары, творящиеся вокруг. Может быть я просто бежал от проблем. В общем – человек без шеи вызывал у меня симпатию. В основном – своей безучастностью и отрешенностью.

Комментариев нет
12.01.2017anastasia.karaseva


Одна из главных библиотек Санкт-Петербурга – Президентская библиотека имени Б.Н. Ельцина тоже приняла участие в подготовке мероприятий к годовщине 100-летия революции 1917 года в России: с ее стороны это проявляется в виде сбора и перевода редких документов начала прошлого века в цифровой формат, итогом такой работы станет новая «революционная» коллекция, доступная всем желающем, зашедшим на портал библиотеки.

Многие из документов связаны с личностью и деятельностью Владимира Ленина и Льва Троцкого, другие – принадлежат Л. Каменеву и Г. Зиновьеву, наоборот выступавших против вооруженного захвата власти, а также копии документов Временного правительства.

В программу мероприятий войдет выставка в честь ключевых петроградских событий «революционного» февраля-октября 1917 года, демонстрирующая агитационные листовки Петербургского комитета Российской социал-демократической рабочей партии и копии фотографий той эпохи, переданных Российским государственным архивом кинофотодокументов.

Комментариев нет
12.01.2017anastasia.karaseva


В 1997 году в северной столице благодаря усилиям доктора филологических наук и профессора СПбГУ Анатолия Алексеева торжественно открылась Библейская библиотека — первый такого рода специализированный центр в России. В этом году администрация отпраздновала 20-летие существования и плодотворной работы: за этот срок в Петербургском университете появилась кафедра и специальность под названием «Библеистика», а создатель библиотеки был награжден Премией имени Лихачева.

Интерес к такой неоднозначной науке растет с каждым годом не только в России, но и по всему миру. Однако, путь к созданию специализированной библиотеки был совсем непростым, что было связано с эпохой: значительную роль сыграла диссертация Алексеева, в которой был обобщен опыт старославянского переводческого наследия духовной литературы. С нее и зародилась маленькая жизнь библиотеки, умещавшейся по-началу на одном учебном столе. Постепенно библиотека разрасталась, сейчас она представляет собой множество книжных шкафов и полок, насчитывающих произведения десятка поколений библеистов:

«Фигура Иисуса Христа – самая большая загадка. Потому что на него, мне кажется, навешали очень много благочестия и чего-то такого, удобного для церковной традиции, а на самом деле он – сплошной вызов. Это вызов, когда человек понимает реальность так, что он стоит – абсолютно без всяких гарантий, без всякой защиты – перед страшным выбором. Или перед своей страшной судьбой. И только предельная смелость может быть спасительной».

Комментариев нет
12.01.2017anastasia.karaseva


Один из крупнейших музеев мира – Государственный литературный музей – в этом году готовится к значительному пополнению своих коллекций, которые помимо рукописей и документов насчитывают запас художественных работ, фото-, аудио-, кино-материалов и предметов из личных коллекций. На данный момент музей находится на стадии ремонта и подготовки квартир к стилизации под реальные писательские жилища.

Главная цель музейщиков – продемонстрировать историю литературного процесса XX века в наиболее объективном виде, для чего ими была запущена масштабная научная работа. Отдел рукописей дополнился работами Бориса Диодорова – «Винни Пух», «Путешествие Нильса» и «Гугуцэ», а также иллюстрациями к детским произведениям, написанных Петром Багиным.

Администрацией музея ожидается сдача в эксплуатацию нового центрального здания, расположенного на Зубовском бульваре, на его территории размещен ряд открытых хранений Луначарского, Бонч-Бруевича, Андрея Платонова, Осипа Мандельштама и других.

Комментариев нет
11.01.2017anastasia.karaseva


Всемирно известный американский писатель Джордж Мартин сообщил своим многочисленным поклонникам о том, что сильно постарается закончить и издать новый шестой том саги «Песнь льда и пламени» — «Ветра зимы» в этом году, на основе которой был создан сериал «Игра престолов».

«Еще не закончено, но прогресс есть. Не такой, как я рассчитывал год назад, когда надеялся, что все будет закончено уже к этому времени. Теперь я думаю, что закончу в этом году».

Комментариев нет
11.01.2017anastasia.karaseva


В 2017 году исполняется ровно 125 лет со дня рождения русского советского писателя Константина Георгиевича Паустовского, к этому торжественному событию Роспечать в лице ее руководителя Михаила Сеславинского готовит программу творческих вечеров, передвижных выставок, межмузейных проектов и ретроспектив.

В подготовке программы принимали участие и директор Литературного музея Дмитрий Бак, директор Института русской литературы Всеволод Багно, директор Российского государственного архива литературы и искусства Татьяна Горяева, директор Московского литературного музея-центра Паустовского Анжелика Дормидонтова.

Результатами совместных усилий организаторов станут: творческий вечер и выставка архивных материалов, которые состоятся 1 июня в Центральном Доме Литераторов, ретроспектива фильмов по произведениям К.Г. Паустовского, которую покажут в кинотеатрах «Московское кино». Также было принято решение присвоить одной московской библиотеке имя «юбиляра». Разного рода литературные события в честь Паустовского пройдут помимо Москвы и в Калужской, Рязанской, Орловской и многих других областях.

Комментариев нет
11.01.2017anastasia.karaseva


В следующем месяце, 24 февраля, под издательством «Синтёся» на японский книжный рынок выйдет новая книга в двух томах всемирно известного писателя Харуки Мураками, название которой переводится как «Убийство командира рыцарей».

В творчестве Мураками новинка будет первым масштабным произведением с момента выхода бестселлера «1Q84». К этому литературному событию издательство выпустило загадочную видео-анимацию, не имеющую никаких аннотаций, что призвано повысить интерес к новой книге в рамках хорошо разработанной рекламной кампании, которая принесла предыдущим произведениям широкую читательскую аудиторию.

Предположительно, «харукисты» — поклонники литературного творчества Мураками – будут готовы приобрести книгу в числе первых в полночь дня старта продаж. Его известность распространена во всем мире, многие букмекеры в течение нескольких лет ставят на присуждение японскому писателю Нобелевской премии по литературе, однако это событие еще не произошло.

Комментариев нет
08.01.2017Glavred

Бессонница — это самое ужасное, что смог придумать Создатель. Маленькое, неизбежное подражание аду, когда измотанное тело непрерывно ноет, а не менее измотанный разум не способен даже на то, чтобы помочь организму скоротать время красочными или, на худой конец, блеклыми фантазиями и просто мыслями. Он поставляет лишь одно — желание забыться. Но что толку? Забвения не будет. В ближайшие часы, дни, месяцы, а, может, и годы забвения не будет… Когда-нибудь оно, конечно, придет, однажды ты почувствуешь его приближение и подумаешь: вот оно, долгожданное, истинное забвение. А до той поры придется страдать бессонницей, и воистину счастливый тот человек, который не замечает этого страшного недуга. Живет себе и живет, порой дремлет, считая это жалкое подобие забвения сном, просыпается и снова живет.
Да, есть такой человек на свете. Есть и тот, кто прекрасно сознает всю драматичность мира людей, но исправно забывается ненадолго — совсем на чуть-чуть, только в самое нужное для этого время. А есть такой: не может убежать от собственных мыслей и в конце концов понимает, что бессонница — самое ужасное, что смог придумать Создатель, и что в мире живет всего три человека.
Негодяй и Эгоист, который не хочет знать ничего, кроме собственного блага.
Таинственный Благодетель, свято блюдущий законы вверенной ему обители.
И кусок покореженной проволоки — ни то ни се. В будущем эту проволоку можно изогнуть в Негодяя и Эгоиста, сплести в Благодетеля, соорудить из нее нечто, миру еще неизвестное или просто оставить, как есть.
Бытует утверждение, что мир огромен и непостижим, а на самом деле в нем живет всего три человека… Непостижимо.
Я улыбнулась этому выводу, но тут же приказала себе любой ценой остановить явно не мои мысли, льющиеся в голову непрерывным потоком, и постараться уснуть. Эта ночь была особенной. Бессонницы не ощущалось, но темнота и тишина беспокоили напряженный разум, и это было по-настоящему страшно. Эту тишину безумно тяжело выносить, ничуть не легче, чем отсутствие сна. Кажется, еще немного, еще чуть-чуть, и ее разрушит огромной силы взрыв… Пронзительный звон разбитого стекла… Или нечеловеческий вопль, леденящий душу. Он возопит из ниоткуда, так громко, что из ушей хлынет кровь. И никто не сможет узнать, откуда взялся этот ужасный крик. Все сожмут головы обеими руками и тоже будут кричать, вжавшись в уголок кровати или дивана. Весь мир одновременно заголосит от страха.
Смолкнет ли тогда Вопль? Сумеют ли люди перекричать его?
Вряд ли это случится сегодня, — подумалось мне. Такие мысли всегда возникали в ночной тишине, и все это время дикий вопль существовал только в моей фантазии. Значит, скорее всего, так будет и этой ночью. И следующей. Разве что в две тысячи двенадцатом году, или когда там нам пророчат Апокалипсис, он вырвется наружу. Вот оно, страшное оружие четырех Всадников — они выскочат из облаков и завопят… Было бы забавно.
Но мысли мыслями, а сон все не шел, и сердце билось все быстрее и быстрее. Темнота и тишина уже не хитрили и не строили сложных стратегий. Они сужались, стремясь задушить в своих объятиях, и надвигались, надвигались. Ответственный момент: если раздастся какой-нибудь, пусть даже ничтожно тихий звук, можно умереть от разрыва сердца.
Однако минуты капали, но ничего не происходило. Тяжелая дремота, несмотря на то, что «я» все еще находилось в страшном напряжении, издевательскими волнами накатывала на сознание. Это был сон — какой-то шорох из коридора… Снова сон — шелест одеяла, в которое мне захотелось поуютнее завернуться. Сон…
ОНО.
Это был не шорох, не скрип и даже не звон. По счастью, и не Вопль тоже. Это было уханье.
Я стиснула зубы от раздражения. Совы. Выводят из себя каждый раз, когда тишину уже перестаешь подозревать в чем-то из ряда вон выходящем. Мерзкие создания, которые требуют жалости к себе. Да, на улице холодно, да, бедняжкам надо заботиться о себе и потомстве. Но это не повод устраивать жилище у меня на балконе. Впрочем, может, их там и не было. Возможно, они как Механическая Ворона, с которой мне однажды довелось столкнуться — вроде она и была, скакала себе по комнате, но пряталась, когда на нее смотрели. И спать она тоже мешала. Как и Муфлон, который неожиданно заглянул в купе поезда. Я не против такого жуткого, сверхъестественного соседства, но здесь я не гость и не путник, здесь мой дом, и меня совсем не устраивает еженощное уханье. Ворона все же большей частью молчала, а Муфлон и вовсе не проронил ни звука. Так, повел рогами, проверил, как дела, и удалился восвояси. Не то что эти говорилки на балконе.
Совы словно услышали мои мысли и вновь вызывающе заухали. Голова стала ощутимо побаливать. Одновременно с этим снова нахлынули вязкие, противные волны сна. Они не уносили в далекую страну фантазий и не отправляли в тяжелую тьму, а просто витали над головой, заставляя дрожать от ужаса при малейшем шорохе, и не выпускали из-под себя. Болезненный бред безжалостно атаковал усталый разум…
Я находилась на кухне. Все как обычно — не так, чтобы порядок, редкие чашки, ложки и пустые полиэтиленовые пакеты разбросаны тут и там. Крошек тоже достаточно. Дверцы шкафчиков чуть приоткрыты. Сквозь оконные стекла на все это великолепие льется свет — совсем немного, достаточно только для того, чтобы не щелкать лишний раз выключателем, если вдруг приспичит попить воды. В общем, все так, как и должно быть. За исключением одной-единственной мелочи.
На стуле, деловито сложив руки на коленях, сидел Муфлон.
Как и в прошлый раз, при нашей первой встрече в купе поезда, на нем были хороший (сразу видно — дорогой) серый костюм, белая рубашка, безукоризненный черный галстук и черные же туфли. Весьма недурно для муфлона как такового, но вполне обыденно для Муфлона.
Однако, как бы ни было холодно это описание, я замерла, в ужасе и благоговении вглядываясь в чуть вытянутую серо-бурую морду, в большие витые рога. Потом я уставилась на его руки, точнее, на их подобие — среднее между человеческой кистью и копытом, если такое вообще можно представить. Отметив тот факт, что нечто вроде пальцев все-таки было, я с медлительностью, характерной для сна, снова подняла взгляд на голову Муфлона. Неожиданный гость смотрел на меня, не отрываясь. Одна его нога была закинута на другую, руки по-прежнему сложены на колене. Неудивительно, что у меня создалось впечатление, будто я или вопиющим образом вторглась на чужую территорию и непременно должна быть наказана, или пришла на некое собеседование к строгому и потому пугающему начальнику.
Но ведь это моя кухня. Почему он здесь? Я терялась в догадках. Сколько бы я ни бодрилась, одобряя разнообразные потусторонние соседства, Муфлон, в отличие от Механической Вороны, не имел ко мне прямого отношения. Это я знала точно.
Время шло. Он молчал. Я тоже.
Вскоре мне стало скучно. Взгляд блуждал по кухне, улавливая и теряя знакомые предметы. Разум начинал потихоньку догадываться, что все происходящее — всего лишь сон. Но прежде, чем понимание этого пришло окончательно, случилось нечто страшное.
Все мое существо пробрала дрожь. Глаза поневоле вновь уперлись в Муфлона. А тот вдруг поднялся на ноги, задрал голову… И завопил.
Это был тот самый, безумный, невообразимый Вопль из страшнейших кошмаров, когда-либо приходящих в земную тишину. Молчание разбилось на осколки и с жутким грохотом посыпалось вниз. Реальность исчезала. Голова грозилась вот-вот разорваться. Я сдавила ее ладонями и закричала что было сил. Кричали все, кричало все…

Комментариев нет
07.01.2017Glavred

Праздник состоялся

Красавица нарядная посмотрелась в зеркало. Очень! Разноцветные шары по подолу платья. Бусы от плеча до талии. На голове макушка с золотой прожилкой посередине.
Снеговик отложил кусок льда, который служил зеркалом, и тяжело вздохнул:
— Счастливая ты, Ёлочка, пойдёшь в город.
Ёлочка поправила мишуру, та приятно заискрилась.
— Почему я такой холодный? — размышлял Снеговик. — Пошёл бы сейчас с тобой, поиграл с детворой.
Она чмокнула друга в щёку, открыла дверь и ступила в таёжную стужу. На морозе игрушки задрожали, зазвенели. От холода Ёлочка вздрогнула, чуть испугалась.
— Проводить? — предложил Снеговик. — Сама понимаешь, времена нынче неспокойные. Гадости всякие по лесу шастают.
— Ничего страшного, — успокоила друга Ёлочка. — На мне сотни разноцветных лампочек. Будет красиво и весело.
— Пригласительный не забыла?
Забыла! Так увлеклась нарядами. Три месяца платье шила, игрушки готовила, мишуру стригла, а теперь от волнения всё забыла.
В тайге было темно и мрачно, выл ветер, а макушки деревьев немного скрипели и покачивались. Не унывали, кажется, только пеньки: они грелись под снежным пуховым покрывалом.
— У-у-уу, — засвистела Буря, разбросала в небе тонну снега.
Ссутулившись, красавица с трудом перешагивала сугробы, обходила завалы и пыталась не растерять свою красоту. Буря срывала шарики, швыряла куда попало, Ёлочка возвращалась, искала в снегу, копалась в глубоких заносах, находила, поднимала, вновь теряла, вновь искала, вскоре это ей надоело.
— Послушай, Буря, честное слово, устала!
— Устала?! — не скрывая возмущения, взревела Буря. — Ты каждый год на ёлку к деткам ходишь, а я, как проклятая, кручусь, верчусь, за праздником жизни только в окна подсматриваю.
— Сама представь, какая у детей будет радость, если тебя пригласить.
— А я виновата?
— Хочешь, подарю мишуру? Я сама её делала.
— И игрушки, — добавила Буря.
Подхватила стихия всё богатство и, как комета, понеслась поперёк неба. Очень красиво!
Ёлочка загляделась и не заметила, как всё заволокло туманом. Даже разноцветные огоньки её платья не могли осветить дорогу.
— Я тоже хочу к деткам на праздник, — прошептал кто-то.
— Туча!? Огромная, как бесконечный туман. Да от твоей мрачности и темноты все детки лбы поразбивают.
— А я виновата? — выдохнула Туча.
— Нет! — согласилась путница и подарила Туче гирлянду из разноцветных огоньков.
Туча подхватила их и поднялась в небо. В чёрной пустоте зажглись разноцветные звёзды. Тоже красиво! Даже Луна не удержалась, чтобы лучше рассмотреть новые звёзды и удивительное космическое шоу, ускакала на другую сторону тайги.
Это, конечно, хорошо, что Ёлочка такая добрая и не жадная, но как теперь попасть на праздник? Темно, хоть глаз выколи.
Но надо идти. Пусть даже на ощупь. Вытянула лапник вперёд, сделала шаг и провалилась в расщелину. Время шло: она кричала, звала на помощь. Никто не приходил и не помогал. «Хорошенький получается праздник!» — загрустила красавица, закрыла глаза и приготовилась умирать.
А потом сквозь хвойные реснички проник свет, Ёлочка огляделась, рядом на снегу стояла Луна и мило улыбалась.
— Провалилась? Извини. Засмотрелась на твои подарки. Меня дети тоже пригласили на праздник. Но, сама понимаешь, куда я пойду? На пять минут отвлеклась, и ты уже в яме, заяц дорогу домой потерял, а у волка детишки испугались. Мне никак нельзя на праздник. Но очень хочется. Давай ветку, помогу.
Зелёная отряхнулась от снега, попрощалась с Луной и пошла. Но стоило ей немного поразмыслить, как начала мучить совесть. Когда до школы осталась пара шагов, Ёлочка вдруг развернулась, взбежала на ближайший пригорок.
— Эй, Луна! — крикнула она в небо.
— Аушки, — отозвалось светило, оно только что проводило запоздалого путника до калитки.
— Хочешь, я подарю тебе макушку? Честное слово, очень красивую.
— Не надо, — улыбнулась Луна, — какая же ты новогодняя Ёлка — без украшений.
— Ты меня спасла. А я тебя даже не поблагодарила. Забирай макушку. Я пойду домой, к Снеговику, — сказала Ёлочка и протянула Луне стеклянную игрушку с золотистой прожилкой посередине.
Уже не нарядная красавица проводила Луну взглядом. Очень красиво! И пошла домой. Жаль, конечно, что праздник с детишками не состоялся. А кто виноват? Сама виновата. Зачем деткам в новогоднюю ночь некрасивая новогодняя Ёлка? Она мечтала, что детки будут радоваться, водить хороводы, петь песни. Больше они никогда её не пригласят и будут правы…
— Ёлочка, а Ёлочка, — Луна тронула лесную красавицу за плечо, — оглянись назад, на школу.
Ёлочка послушалась. На крыльце школы стояла счастливая детвора и весело кричала:
— Ёлочка, Ёлоч-к-к-а…
У каждого малыша для неё был приготовлен подарок: золотой шарик, витиеватая мишура, разноцветная гирлянда. А когда гостья заметила в руках девочки-снегурочки роскошную золотистую макушку с алым цветком посередине, то она поняла — праздник состоялся!

Комментариев нет
06.01.2017Glavred

Позвольте вам рассказать об одном таинственном месте — Долине Ненаписанных Книг.

Там темно. Почти ничего не видно, всегда ночь и всяк, кто туда попадает должен быть осторожным, аккуратно ступая по безжизненной земле и постоянно оглядываясь. А еще там тихо. Лишь пронизывающий ветер с севера иногда насвистывает свои причудливые мелодии.

При этом, здесь довольно оживленно. Книг в этой долине больше, чем жителей в любом из известных мегаполисов. Они все разные. Вот мимо идет ненаписанный роман. Его автор долгие годы мечтал о своей книге и даже придумал наброски сюжета и характеры героев. Но извечные «обстоятельства непреодолимой силы» (новый сезон любимого сериала вышел!) так и не дали начать работу.

А это что за ребенок ходит кругами? Малыш выглядит потерянным и смотрит на окружающих своими большими голубыми глазами, задавая каждому встречному немой вопрос. Дитя забыло застегнуть пальтишко на все пуговицы, это риск заболеть, но кажется, ему нет до этого никакого дела. Так кто же это? Перед нами недописанная повесть. Ее автор сделал все, кроме самого главного — он не закончил работу. Постоянно пытаясь довести текст до идеала, человек старался переписать помногу раз каждый эпизод и в результате сюжетная линия отошла на второй план. Потом на третий, а потом и вовсе потерялась. В итоге последняя точка так и не была поставлена и ребенок потерялся.

Мысли о несчастной судьбе этой повести прерывает пара глаз, глядящих на нас из темноты. Это неизвестная книга. Ее никто никогда не видел вблизи. Автор этого ненаписанного шедевра всем друзьям рассказал, что собирается создать литературное произведение. Но когда дело доходило до написания, он начинал панически бояться нажать на клавиши с буквами. Им овладевало чувство собственной ничтожности. «Да кто я такой, чтобы писать книги?» — спрашивал себя этот человек, не зная, что этот вопрос уже сам по себе говорил о творческой составляющей его личности. В итоге, оковы оказались крепче желания написать что-то свое.

Никто не знает, где именно находится эта Долина. Но она есть и это могут подтвердить многие. А еще там живет ваша книга. Да, она там. Если вы хоть раз думали о том, чтобы написать что-то свое — знайте, она там. Где-то затерялась среди огромного количество себе подобных. Но каждый день ваша книга встречает с еле заметным огоньком в душе. Это огонек надежды. На то, что однажды вы спуститесь в долину и, словно ребенка из детского сада, заберете ее… навсегда. Книга будет счастлива и с радостью домашнего питомца повиснет у вас на шее, наблюдая краем глаза завистливые взгляды менее удачливых произведений.

Я иду за своей книгой 14 января.
Со мной еще более 30 участников литературного марафона.
Присоединяйтесь — lit-org.ru/marafon

Клим Моржовый, главный редактор «Литорга»

Комментариев нет